Старомосковское произношение: эксперимент и реальность
Ключевые тезисы:
- Старомосковское произношение — это литературный стандарт прошлого, основанный на говорах Москвы и Петербурга.
- Оно никогда не было единым и не было тождественно речи всех москвичей, будучи скорее социолектом образованных людей.
- Многие его черты сохранились в современной речи, растворившись в обиходе или став маркером устарелости.
- Автор провёл личный эксперимент, снимая видео на старомосковском произношении, и опрос среди коренных москвичей.
Что такое старомосковское произношение?
Классический старомосковский выговор — литературный стандарт, который можно было услышать в позднесоветское время у дикторов, актёров (особенно театральных) и образованных людей. Его черты перенимались и иногородними.
Примеры отражения в истории:
- Название журнала Карамзина в оригинальной орфографии: «московской журнал».
- Рифмы в поэзии (например, у Пушкина: «высокая» — «высокой»), где окончания «-ой» и «-ою» звучали одинаково.
Характерные черты (наиболее важные)
Произношение «чн» как «шн» (но не всегда!):
Говорили: конешно, скворешник, яишница.
Не говорили: «востошный» (восточный), «лишний» (личный) — чтобы избежать нежелательных ассоциаций.- В новых заимствованиях «шн» избегали: романтичный (не «романтишный»).
«Переброска» мягкости согласных в слоге:
- В сочетании «согласный + согласный + смягчающий гласный (и, е, ё, ю, я)» в старомосковском мягкими становились все согласные слога.
- Мягкость могла «перекидываться» через две-три согласные.
Мягкий [р'] в определенных словах:
- Исследования (Антонова, 2008 г.) показывают, что у дикторов сохранялось в 17% случаев.
- Примеры: борщ, борща. Многие москвичи до сих пор говорят расчёска (с мягким [р']).
Мягкие шипящие [ж'] и [ш']:
- Мужчина — москвич никогда не скажет твёрдо.
- Легко, лёгкий — сохранившиеся формы (вместо фонетических «лекко», «леккий»).
Реальность в современной Москве (по опросу автора)
Автор провёл опрос среди 62 коренных москвичей, предлагая распределить 30 примеров по категориям: «сам так говорю», «слышал, но сам не говорю», «не слышал и не говорю».
Что ушло почти полностью:
- Черта из речи исчезла, осталась только в художественных целях (спектакли, песни) и ассоциируется с театральностью.
- Исключение: сочетание -лса — многие до сих пор говорят остался, боялся.
Что осталось и является маркером:
- Москвич почти никогда не скажет: конечно, нарочно, скворечник, яичница (скажет с «ш»).
- Есть слова с вариативностью: горчичный/горчишный, порядочный/порядошный.
- Достаточно — редкая, но живая черта (10 из 62 опрошенных признали её).
- Отчества на «-ишна» (Никитишна, Ильинична) — для некоторых москвичей формы на «-ична» неприемлемы и вызывают сильные эмоции.
Московское произношение vs. Литературный язык
- Москвичи говорят на московском говоре (среднерусская группа), который совпадает с литературным языком, так как норма основана на столичных говорах.
- Диалект/говор — это территориальная разновидность речи, на которой говорят все. Он может совпадать с литературным стандартом, а может и нет.
- В Москве параллельно существовало московское городское просторечие, для которого была характерна, например, манерная растяжка первого предударного слога.
Личный эксперимент автора
В 2018 году автор несколько месяцев снимал все видео на канале в старомосковском произношении, стремясь воссоздать шарм 1960-х.
Итоги эксперимента:
- Создан уникальный контент, показывающий, как мог бы звучать литературный язык при ином историческом развитии.
- Ощутил на себе сложность освоения чужого идиома: выученные формы уходят, когда человек устаёт или волнуется.
- Не вернулся полностью к прежней речи, оставив некоторые старомосковские черты в обиходе (например, во-первых, в общем).
Выводы
- Старомосковское произношение не исчезло, а трансформировалось. Его черты рассыпаны в современной речи: где-то стали нейтральными, где-то — устаревшими.
- Поскольку вся страна ориентируется на столичную норму, многие старомосковские особенности теперь распространены повсеместно.
- Язык каждого человека меняется, иногда сознательно. Старомосковский выговор — часть живого языкового наследия, а не застывшая реликвия.